Глава «IBM Украина»: «У нас нет задачи создать индустрию и быть в ней единственными»

Глава «IBM Украина»: «У нас нет задачи создать индустрию и быть в ней единственными»

Богдан Хорощак – о том, как продвигается корпорация на отечественном рынке и причем здесь дикие утки

Этот материал также доступен на украинском
Глава «IBM Украина»: «У нас нет задачи создать индустрию и быть в ней единственными»
Богдан Хорощак
Фото автора

IBM – одна из крупнейших технологичных корпораций мира с капитализацией в $124,9 млрд. В этом году компания вошла в двадцатку самых дорогих брендов по версии Forbes. ІІІ квартал 2019 года IBM завершила с доходом $18,028 млрд и чистой прибылью в $1,672 млрд.

Какой вклад в этот оборот приносит украинский офис корпорации, работающий в нашей стране с 2006 года? Чем занимаются его сотрудники? Как самая крупная сделка в истории IBM – покупка Red Hat за $34 млрд – повлияет на расстановку сил на отечественном рынке? На эти и другие вопросы Mind попытался добыть ответы у нового главы «IBM Украина» Богдана Хорощака.

Выпускник КПИ по специальности «интеллектуальные системы принятия решений» пришел в IBM еще в далеком 2012 году. Карьера в корпорации началась с должности торгового представителя в Украине. В 2014–2015 годах Богдан Хорощак возглавлял департамент программного обеспечения. Следующие два года руководил направлением цифровых продаж и обновления лицензий на ПО в странах Центральной и Восточной Европы. А с 2017 года управлял департаментом технического сервиса в Украине.

Об офисе в Украине

– Чем занимаются сотрудники украинского офиса компании?

– Разными сервисными проектами, поддержкой клиентов, продажами и разработкой новых решений. Я попал в компанию семь лет назад. На первое собеседование шел немного напряженным, так как до подготовки к нему считал, что компания занимается только производством инфраструктуры. Представлял себе IBM как крупную корпорацию, которая делает железные black boxes: системы хранения и обработки данных. И все.

Когда же начал готовиться к собеседованию, узнал, что есть огромное количество софтверных решений. Их условно можно разделить на три направления: аналитика, безопасность и облака. В каждой нише – много различных продуктов. К примеру, в Украине мы помогаем клиентам построить защищенный периметр их ЦОДов, а в нем настроить серьезный уровень безопасности. Под ключ создаем Security Operation Centers (SOC). Недавно такой SOC запустили для «Галнафтогаза» на базе решения IBM QRadar. Оно помогает предупреждать возникновение киберугроз и оперативно отражать атаки.

Еще пример. Недавно KredoBank запустил Google Pay для держателей карт Mastercard. В этом проекте инфраструктуру построили на Red Hat Enterprise Linux, а интеграция с банковскими системами базировалась на решениях IBM Integration Bus и IBM MQ.

– Какие продукты сейчас доминируют в структуре доходов «IBM Украина»?

– Давайте лучше расскажу, какими продуктами чаще интересуются клиенты. Больше всего вопросов сегодня об облачных технологиях и AI. Сейчас мы посвящаем много времени ответам на запросы, как при помощи искусственного интеллекта можно повысить эффективность бизнеса, а благодаря облачным технологиям перестать тратить много денег на инфраструктуру.

– И как?

– Все зависит от конкретного бизнеса. К сожалению, не имею права приводить кейсы наших клиентов до того, как они стали публичными. Могу пояснить на примере из внутренней практики IBM.

Несколько лет назад глобальный офис начал трансформировать нашу HR-службу, подключил специальное AI-решение. Речь не о том, что роботы заменят людей, а о том, как с помощью искусственного интеллекта вовремя реагировать на мотивацию и ожидания сотрудников.

Сейчас с 95%-ной вероятностью HR-служба может предвидеть, что конкретный специалист задумывается о смене работы либо внутри компании, либо на рынке. Понимая это, эйчары заранее готовы отреагировать на потребности сотрудника и, к примеру, предложить ему новую роль.

Глобально с искусственным интеллектом HR-служба IBM сэкономила порядка $300 млн. Это retention cost – деньги, которые пришлось бы потратить, если бы на ситуацию реагировали реактивно.

– IBM после покупки Red Hat стала называть себя самым большим игроком на рынке гибридных облаков. А какие позиции у вас в Украине в этом сегменте? Намерены потеснить Amazon и Microsoft?

– Сначала я бы хотел кратко рассказать, какие бывают облака и в чем их особенности. Приватное облако находится у конкретной компании в ее ЦОДе. Публичное предоставляется поставщиком из чужого дата-центра зачастую по условиям подписки, потому что может быть размещено в другой стране. В Украине распространен второй вариант. А гибридное облако – это облачная среда, в которой компания может использовать определенный набор услуг от публичных и приватных провайдеров.

В этом году мы финализировали покупку Red Hat. Благодаря сделке IBM уходит от прямой конкуренции с другими поставщиками облачных услуг. С помощью технической надстройки Red Hat OpenShift наши клиенты могут одновременно пользоваться облаками различных поставщиков. IBM может быть одним из провайдеров, но не единственным. Таким образом, у клиента появляется возможность в режиме реального времени управлять рабочими нагрузками в конкретном облаке и смотреть, когда, где и почему ему было бы удобнее хранить данные.

– То есть конкурентов пытаетесь сделать партнерами?

– Скорее, мы хотим изменить правила игры. Ведь еще один плюс приобретения Red Hat в том, что у клиентов появляется больше возможностей перейти в облако.

Глава «IBM Украина»: «Мы уходим от прямой конкуренции с Amazon и Microsoft»
Фото автора

Украинский рынок в этом вопросе еще недостаточно зрелый по сравнению с западноевропейским или североамериканским. Поэтому «IBM Украина» запустила программу «Путь в облако». Мы консультируем клиентов, отталкиваясь от их бизнес-потребностей, и вместе определяем, что именно им нужно от облачных технологий, какие данные и процессы можно перенести в облако того или иного провайдера. Также помогаем осуществить эту миграцию и переписать старые монолитные приложения, которые в состоянии работать только в ЦОДе клиента (приватном облаке), чтобы компания была независимой от любого поставщика услуг (в том числе IBM).

– Каков сейчас спрос на Red Hat OpenShift на украинском рынке?

– Интерес активный. Многим клиентам, особенно тем, кто находится во главе пелетона, важно понимать, что будет происходить с их собственными данными, данными их клиентов, потребителей и партнеров, потому что их бизнес построен на доверительном отношении к данным. Но пока нам приходится объяснять про облака от самых азов до показателей эффективности.

– Вы говорили, что украинский офис занимается и созданием новых решений. Сколько разработчиков в «IBM Украина»?

– Не могу ответить на этот вопрос.

– А сколько всего сотрудников?

– Тоже не могу.

– Почему?

– Это политика компании. В глобальной IBM – порядка 350 000 сотрудников. Но мы не раскрываем данные локальных офисов.

– То есть о динамике доходов «IBM Украина» тоже бесполезно спрашивать?

– К сожалению, это конфиденциальная информация.

– Какую долю украинский офис занимает в глобальном бизнесе IBM?

– В моем понимании, существенную. У нас очень хорошая команда, которая ведет проекты не только в Украине, а и в соседних странах.

– Динамику в процентах этой существенной доли можете назвать?

– Затрудняюсь ответить на этот вопрос. Хотя влияние местной команды на глобальные результаты IBM быстро возрастает вместе с ее экспертизой.

– Оборот растет или падает?

– Я пришел в компанию в 2012 году. За эти семь лет компания кардинально изменилась. Да, команда осталась практически неизменной и сохранилось большее количество продуктов, которые были в 2012 году. Но мы очень сильно трансформировались как на глобальном уровне, так и в Украине. Поэтому говорить, что мы растем в каком-то разрезе, очень сложно, так как сами эти ниши трансформировались. IBM – это, прежде всего, про инновации.

О цифровой трансформации в госсекторе Украины

– В нашей стране уже года три много и часто говорят о цифровой трансформации. Недавно создали отдельное министерство, переименовали парламентский комитет. На ваш взгляд, какие первые практические шаги можно назвать успешными?

– Мне сложно прокомментировать, что уже сделано. Мы внимательно наблюдаем за развитием ситуации и очень хотим, чтобы у государства все получилось с цифровизацией. Глобально IBM работает со многими странами, помогая реализовать программы цифровой трансформации. Мы понимаем, что в тех или иных проектах можем привнести и свою экспертизу «в копилку» того, что строится в Украине.

– Уже общались с министром цифровой трансформации Михаилом Федоровым?

– Не буду комментировать этот вопрос. Конечно, мы предпринимаем определенные шаги и высказываем рекомендации, как стоило бы подойти к решению тех или иных вопросов, основываясь на успешном опыте в других странах.

– Например?

– Один из самых простых примеров – облачные технологии. Украине сейчас необходимы если не быстрые победы, то очень быстрые результаты. Какая-то часть программы цифровой трансформации должна быть реализована оперативно. Мы знаем, как за 2–3 месяца сделать minimum viable product с использованием экспертизы и облачной инфраструктуры IBM. Я за то, чтобы сконцентрироваться на актуальных задачах и реализовать их за определенное время: двигаться маленькими шагами, с конкретными результатами.

– Дмитрий Дубилет озвучивает схожие месседжи. А что на практике?

– Чем больше людей будут озвучивать такие тезисы, мыслить одними категориями – тем скорее наступит синергетический эффект, когда мы – государство Украина – станем получать быстрые результаты.

– Тендеры уже объявлены? Вы собираетесь в них участвовать?

– В государственных конкурсах, как правило, участвуют бизнес-партнеры IBM.

– Какие еще ЦТ-проекты сегодня могли бы быть актуальными для страны?

– Smart City, например. Одна из задач искусственного интеллекта – сократить человеческий фактор и помочь системе саморазвиваться при помощи machine learning. К примеру, на уровне управления трафиком города можно построить самообучаемую систему, понимающую, на что ей нужно реагировать при минимальном вмешательстве людей. У IBM есть опыт реализации таких проектов во многих странах.

Глава «IBM Украина»: «Мы уходим от прямой конкуренции с Amazon и Microsoft»

О цифровой трансформации украинского бизнеса

– Видимо, украинские компании более оперативно диджитализуются, чем государство? Могли бы оценить уровень ЦТ на отечественных предприятиях?

– Из года в год IBM проводит международный опрос СЕО различных индустрий. К сожалению, в исследовании нет отдельного среза по Украине, но в нем участвуют и отечественные топ-менеджеры. В недавнем исследовании опросили около 13 500 руководителей из ведущих компаний в 98 странах мира и 20 секторах экономики. Приведу несколько интересных цифр:

  • 62% топ-менеджеров уже интегрируют новые методы монетизации в свои стратегии использования данных;
  • 65% СЕО считают, что автоматизация процессов принятия решений в ближайшие 2–3 года будет набирать обороты в их сегменте бизнеса;
  • респонденты из банков-визионеров отметили, что в ближайшие три года рассчитывают получать в среднем 58% доходов от инициатив, реализуемых на цифровых бизнес-платформах.

В Украине, естественно, есть свои особенности. В первую очередь, диджитализируются компании, у которых от внедрения IT-технологий напрямую зависит успешность бизнеса. Это хороший стимул пробовать новые технологии.

– Какие отрасли наиболее продвинуты?

– Ритейл, банковская сфера, промышленность, транспорт. В этих сферах высокая конкуренция, стимулирующая компании постоянно искать новые технологические возможности для продвижения.

Приведу простой пример. Чтобы свежее молоко было в каждом магазине розничной сети, нужна хорошая логистика. Она должна быть завязана не только на спрос конкретного продукта в конкретном городе. Этого уже может быть недостаточно. Нужна привязка и к погодным условиям.

Сейчас не только ритейлеры, а и компании из других отраслей пользуются услугами нашей The Weather Company. Это глобальная система прогнозирования погоды, которая ежечасно обновляется и помогает бизнесу анализировать увеличение или снижение потребности в конкретно взятых регионах страны, планировать логистику в зависимости от погодных условий, снизить затраты и т. п. IBM – это не только о ЦОДах, а и о жизни. (Смеется.)

– Могли бы привести еще несколько таких жизненных примеров? Скажем, какие AI-решения могут вскоре пользоваться спросом в Украине?

– Сейчас искусственный интеллект помогает ведущим мировым клиникам ставить диагнозы. AI-решения платформы IBM Watson Health способствуют исключению фактора человеческой ошибки. Скажем, когда врач просматривает пятнадцатую флюорографию за день, он может ошибиться, чего-то не заметить. А «машина» получает большой сет параметров: все анализы, историю заболеваний пациента и т. п. И на базе этих вводных дает рекомендации врачу.

Также AI-решения используются маркетологами мировых компаний. Они позволяют специалистам отслеживать поведение в интернете существующей и потенциальной ЦА, предоставлять каждой группе наиболее релевантный контент. Искусственный интеллект помогает персонализации: он обучается на каждом взаимодействии и подсказывает, какое сообщение лучше доставить каждому посетителю сайта, отталкиваясь от его предыдущего общения с брендом.

– Когда ваши квантовые вычисления «зайдут» в Украину? Сейчас это модное направление, но пока не понятна его эффективность. Как квантовые разработки смогут упростить «жизнь» бизнеса?

– Объясню немного издалека. В корпорации есть IBM Garage. Это своеобразный центр инноваций. Мы приглашаем команду клиента приехать в нашу лабораторию, в которой работают эксперты, хорошо разбирающиеся в бизнесе заказчика. Они проводят ряд design-thinking воркшопов. Цель такой объединенной командной работы – выйти за рамки, найти нестандартное решение, увидеть узкие места, которые тормозят развитие, понять, как клиент может стать более конкурентоспособным на конкретном рынке.

В какой-то момент каждый может упереться в некую незримую стену. Поэтому основная идея таких воркшопов – посмотреть на проблему с другой стороны и решить ее иным методом.

Квантовые компьютеры – о том же. Для меня как для математика в этом есть определенный вызов. С одной стороны, сегодня весь мир прекрасно работает на стандартных двоичных компьютерах с двумя состояниями бита – нулем и единицей. Зачем тогда третья позиция? С другой стороны, мы верим, что квантовый компьютер со своими уникальными свойствами поможет решать те задачи, о существовании которых мы еще не подозреваем.

Сейчас свыше 150 000 ученых и студентов со всего мира, и Украины в том числе, используют бесплатный облачный доступ к квантовому компьютеру IBM и тестируют новые алгоритмы решения нестандартных задач. Это огромный пласт работы. Меняется даже методология мышления. С момента открытия доступа к квантовому компьютеру в 2016 году было опубликовано свыше 200 научных работ с его использованием.

– При этом вы открываете доступ конкурентам к своим разработкам, в которые вкладывайте огромные инвестиции.

– У нас нет задачи создать индустрию и быть в ней единственными. Наоборот, мы стремимся формировать новые направления, которые будут открывать инновации для целых отраслей, так как от этого в итоге выиграют все. Некоторые из наших инноваций в свое время сформировали целые отрасли, например, благодаря IBM началось широкое распространение банкоматов.

Так воплощается философия компании, которую мы называем «Цените диких уток». Ее заложил еще экс-глава IBM Томас Уотсон – младший. Он любил рассказывать интересную притчу. В одном северном селении жили дикие утки, и каждую осень они улетали в теплые края. Как-то один из жителей начал приручать уток: кормить и ухаживать за ними. Через несколько лет часть стаи не улетела в теплые края и разучилась самостоятельно добывать себе пищу, то есть птицы перестали быть дикими. Мы в IBM окружаем своих сотрудников заботой, но очень ценим, если эти люди остаются «дикими утками». Нам важна нестандартность мышления в работе и принятии решений.

Следите за актуальными новостями бизнеса и экономики в наших Telegram-каналах Mind.Live и Mind.UA, а также Viber-чате