IT-компании на продажу: почему за 2021-й в Украине может быть закрыто рекордное количество сделок

IT-компании на продажу: почему за 2021-й в Украине может быть закрыто рекордное количество сделок

Как взлетели мультипликаторы и при чем здесь дефицит айтишников

Цей матеріал також доступний українською
IT-компании на продажу: почему за 2021-й в Украине может быть закрыто рекордное количество сделок
Фото: unsplash

До конца года на рынке ожидается 2030 поглощений IT-компаний. Какие факторы подогревают ажиотаж? Кто покупатели? Какие компании могут «уйти с молотка»? Каков средний чек и мультипликаторы? Об этом и многом другом Mind рассказали основатели и топы IT-компаний на встрече ассоциации IT Ukraine.

Причинно-следственный клубок. Рекордное количество М&А может быть спровоцировано сразу несколькими факторами, объясняют опрошенные изданием спикеры.

Резкий взлет спроса на услуги. «Вначале пандемии многие заказчики заморозили бюджеты. В конце прошлого года – начале этого их разморозили плюс «вкинули» новые бюджеты. В итоге мы получили огромный всплеск. Детальная статистика будет к концу 2021-го. Пока же могу сказать: индустрия движется в коридоре 20–25% роста оборота», – поясняет CEO Alcor  Дмитрий Овчаренко.

По словам президента  IT Ukraine, СEO Intellias Виталия Седлера, в первом полугодии наблюдался очень бурный рост в индустрии: «Пока нет точных данных. По ощущениям, речь о 10–15% роста только за полгода. Мы видим глобальный запрос на трансформацию, цифровые решения. Клиенты лихорадочно ищут, где и как эти решения имплементировать. За последние 30 лет мы построили сильный IT-бренд,  поэтому сейчас очень много заказов приходит именно в Украину».

Сооснователь, член совета директоров SoftServe Тарас Кицмей дополняет, что с июля 2020 по июль 2021 года его компания приросла примерно на 40% как по выручке, так и по количеству сотрудников, и отмечает: «Могли бы расти еще быстрее, если на рынке не было дефицита подготовленных специалистов».

Всплеск затрат на разработчиков. Новый вал заказов, естественно, нужно кому-то обрабатывать. А вот с этим на рынке уже который год беда. «Украина достигла своего потолка. Ежегодный рост индустрии на 20–25% вымыл ресурсы. А система образования так и не реформирована: не выпускает достаточного количества специалистов. Сегодня закрыть вакансию Java-программиста с предложением в $6000 – крайне сложно. Java  с двумя-тремя годами опыта выкладывает резюме и тут же получает около 100 предложений», – рассказывает основатель, президент Miratech Николай Роенко. По его словам, сейчас оплата труда украинских разработчиков уже равна зарплатам в испанском, польском, словацком офисах компании.

Седлер говорит, что с начала года оплата труда в среднем выросла примерно на 20%. Ранее этот показатель прирастал на 7–10% за год.

Управляющий директор  Luxoft Ukraine  Елена Самборская отмечает, что наибольший рост у Java-программистов, для них предложения подскочили минимум на 30%, и дополняет: «В целом же за последнее время в нашей компании открыто более 1000 вакансий, что говорит о росте оборота и количества клиентов».

СEO Intellias планирует к концу года увеличить количество специалистов на 60% до 2300.

«На самом деле для бизнеса – это классная динамика. Если растут зарплаты – значит, в будущем все больше людей захотят выбрать IТ», – смеется Кицмей.

Небольшие аутсорсеры начинают «тонуть».  «Сейчас индустрия – в красном океане. Наблюдаем очень серьезную конкуренцию за таланты», – говорит Самборская.

«Идет высасывание разработчиков из маленьких компаний. Наверняка, рынок вскоре переформатируется», – уточняет Роенко.

Аналогичное мнение у Седлера: «Думаю, вскоре будем наблюдать укрупнение рынка. Небольшим компаниям с простой моделью бодишопинга становится все сложнее расти и конкурировать с более технологически развитыми коллегами, которые продают экспертизу, решения и т. п. Разработчики будут переходить в более зрелые бизнесы».

Кто готов продаваться? Опрошенные спикеры не называют имен кандидатов до завершения сделок. «Еще два года назад не слышал о желающих выйти из бизнеса. Сейчас же в Украине уже немало компаний, готовых продаваться. На этом шатком рынке они стали чувствовать себя менее уверенно и начали принимать предложения. Думаю, вскоре будет немало таких историй», – отмечает СEO Intellias.

По подсчетам Овчаренко, в ближайшие три-четыре месяца может быть закрыто 20–30 сделок. Ранее такого ажиотажа не наблюдалось. «Подробности раскрывать не могу, пока соглашения под NDA. Приведу обтекаемый пример: канадский инвестор зашел в Украину и открыл более 280 горящих вакансий в финтехе. Вскоре выяснилось, что оперативно нанять такое количество специалистов крайне сложно. Им проще купить  компанию, в которой минимум 200 разработчиков. А желающих продать актив сейчас немало. Проект достиг какого-то уровня. Несколько лет основатели пытались расти, но не получилось по тем или причинам. И они уже готовы выйти из игры или с помощью инвестора сделать рывок», – поясняет CEO Alcor.

Спикеры предполагают, что большинство соглашений будет заключено с небольшими компаниями, сотрудничающими со 100–300 специалистами. А повторения кейса GlobalLogic вряд ли стоит ожидать (весной эту – третью по величине IT-компанию Украины – купила Hitachi Ltd за $9,6 млрд). 

Сооснователь SoftServe (топ-2 в Украине) рассказывает, что им периодически приходят предложения о продаже, но … «Деньги – не конечная цель. Они лишь промежуточный этап. Если хотите получить большие деньги, нужно иметь план, что с ними делать. Когда играешь в футбол, можно радоваться, что твой клуб получает огромные доходы. А можно наслаждаться тем, как классно играет твоя команда. Нам Месси нравится не потому, что он много зарабатывает, а потому, что он классно играет. Нам нравиться играть. Если классно играешь – нужно наслаждаться игрой.  Зачем от этого отказываться, если можно и дальше продолжать?» – смеется Кицмей. 

Кто покупатели? Седлер рассказывает, что слышал об игроках из Украины, Польши, Балтики, которые думают о приобретении. К примеру, недавно Ciklum купил чешского аутсорсера CN Group.

«Сделки, о которых знаю, – с участием инвесторов из США, Франции, Великобритании, Канады», – дополняет Овчаренко.

По словам сооснователя SoftServe, специалисты компании постоянно мониторят  привлекательные активы, но пока рано говорить о заключении сделки. «Во-первых, сейчас рынок перегрет, цены очень высокие. Во-вторых, нас интересуют компании с уникальной экспертизой, которая поможет SoftServe сделать существенный рывок. А покупать активы с экспертизой, которая у нас уже есть, – пока не вижу смысла. Даже при выходе на новые георынки. Сейчас проще и дешевле нанять и/или вырастить специалистов нашего профиля», – поясняет Кицмей.

По его мнению, ключевыми покупателями украинских активов, вероятно, станут финансовые компании, у которых нет экспертизы в разработке: «Зато у них легкий доступ к деньгам и они готовы вливать крупные инвестиции».

Что с мультипликаторами? Седлер рассказывает, что в IT-индустрии нет единой методологии, по которой оцениваются активы. «Стоимость компании может зависеть от десятков факторов: оборота, маржинальности , специализации, уникальности экспертизы, среза клиентов  (компания, которой  70% выручки приносит один заказчик, будет оценена дешевле) и т. п.», – поясняет СEO Intellias. 

И уточняет, в среднем минимальный мультипликатор для более-менее нормального актива – 6 ЕBITDA: «Кроме того, часто небольшому активу выгодно влиться в более крупный и получить долю».

По словам Овчаренко, в последнее время мультипликаторы резко подскочили за счет огромного дефицита специалистов – до 6-9 ЕBITDA. «Вероятно, через год-два ажиотаж снизится. Но в  ближайшее время фактор «бешенности» может сыграть на руку продавцам. В оценку закладываются не только текущие показатели, но и перспективы. А далее – чистая магия: как удастся договориться. Предполагаю, что средний «чек» по сделкам, о которых знаю, будет около $10 млн», – рассказывает CEO Alcor.

Альтернативы покупке активов. Пока на рынке перегретый ценник, многие компании ищут другие пути для привлечения дефицитных специалистов. «Мы видим выход в найме сотрудников из других стран. Сейчас нанимаем разработчиков из Южной Африки, Турции, Филиппин, Аргентины. Miratech работает в 12 юрисдикциях», – поясняет Роенко.  

Кицмей рассказывает, что SoftServe интересна модель инвестиций в молодые таланты, которые через год-два становятся толковыми разработчиками. «Во Львове мы вкладываем в программы дуального образования. Инвестируем в студентов, начиная с первого курса; на каждый профильный предмет выделяем своего эксперта, который помогает осовременить программу, лекции; с третьего курса хотим брать молодых людей на работу. Нам важно, чтобы выпускники получили классное бакалаврское образование, а не просто умели кодить. Многие говорят: «Зачем мучить несчастных студентов? Все очень быстро меняется». Но закон Ома всегда будет законом Ома. Кто владеет фундаментальными знаниями, легко переходит с технологии на технологию», – подчеркивает сооснователь SoftServe.

Следите за актуальными новостями бизнеса и экономики в наших Telegram-каналах Mind.Live и Mind.UA, а также Viber-чате