Глава «Vodafone Украина»: «Только у одного оператора есть деньги, чтобы заплатить за лицензии в 1,8 ГГц, остальные – занимают»

Глава «Vodafone Украина»: «Только у одного оператора есть деньги, чтобы заплатить за лицензии в 1,8 ГГц, остальные – занимают»

Ольга Устинова – о том, какие нюансы «громаднейшей аферы» на втором 4G-тендере не учли политики, сколько оператор готов заплатить за лицензии в 900 МГц и причем здесь кукуруза

Этот материал также доступен на украинском
Глава «Vodafone Украина»: «Только у одного оператора есть деньги, чтобы заплатить за лицензии в 1,8 ГГц,  остальные – занимают»
Ольга Устинова, глава «Vodafone Украина»
Фото: пресс-служба "Vodafone Украина"

Запуск в Украине 4G в диапазоне 1,8 ГГц может быть перенес на неопределенный срок. Недавно лидер Радикальной партии Олег Ляшко потребовал отменить результаты второго 4G-тендера и выставить частоты на повторные торги. «Мы подсчитали: украинский бюджет в результате занижения в 15 раз стартовой цены на продажу 4G частот потерял 15 млрд грн. Частоты 4G продали вдвое дешевле – за 5,5 млрд грн, чем частоты 3G несколько лет назад – за 10 млрд грн», – пламенно заявил депутат с трибуны ВР. 

Де-факто 4G-лицензии операторы приобрели за 7,9 млрд грн, а 3G –  за 8,8 млрд грн. Олег Ляшко почему-то не посчитал нужным упомянуть о доходах государства от первого 4G-тендера (2,46 млрд грн), после которого операторы дополнительно должны оплатить 500 млн грн конверсии компании «ММДС-Украина», входящей в группу СКМ Рината Ахметова.  Почему, по его мнению, стартовые цены лотов были занижены в 15, а не 5 или 500 раз, депутат не пояснил. 

Тем не менее, жонглирование выборочными цифрами и громкими заявлениями о «громаднейшей афере» стало основанием для проверки возможных нарушений. Генпрокурор Юрий Луценко сообщил в парламенте, что ГПУ намерена расследовать законность проведения тендера. Мобильные операторы оказались в щекотливой ситуации: вскоре истекает срок оплаты за лицензии на 1,8 ГГц, но перечислять в бюджет 5,43 млрд грн до завершения расследования – в нашем государстве довольно рискованно.

Как повлияло парламентское «шоу» на подготовку к старту 4G? Будет ли оператор участвовать в новом тендере в случае отмены предыдущего?  Как намерен заманивать потребителей в 4G? На эти и многие другие вопросы Mind ответила генеральный директор Vodafone Украина Ольга Устинова

– По вашему мнению, есть ли угроза срыва запуска 4G в диапазоне 1,8 ГГц?

– Эту угрозу должны оценивать госорганы, которые инициировали тендер и подписали все документы, утвердили цены на лоты с правительством. Со стороны оператора угроз нет: идем в графике, ничего не останавливали, готовы в ближайшие дни запустить 4G в диапазоне 2,6 ГГц, ждем только получения всех необходимых разрешений. А 1,8 ГГц – практически на финальной стадии. Надеюсь, госорганы оперативно разберутся в ситуации. Потому что мы нацелены развивать связь четвертого поколения.

– Вы уже заплатили за лицензии в 1,8 ГГц?

– Пока нет. У операторов есть время до 6 апреля.

– Будете ждать окончания расследования ГПУ?

– Ждем, когда заемные деньги зайдут в страну. Для внедрения 4G – стройки и оплаты лицензий – мы заняли у международных инвестиционных фондов 90 млн евро, так как все свободные средства в течение последних трех лет мы вкладывали в инфраструктуру, а это 17 млрд грн.

Даже если мы не получим возможности запускать и окупать 4G-сеть, по кредитам в любом случае нужно будет платить. Не знаю, кто за это ответит перед европейскими инвесторами. Вероятно, я – глава компании, которая доказывала, что эти деньги мы заслужили и должны вложить в Украину.

Ольга Устинова: «Сегодня только у одного оператора есть деньги, чтобы заплатить за лицензии в 1,8 ГГц,  остальные – занимают»
Ольга Устинова, глава «Vodafone Украина»
Фото: пресс-служба "Vodafone Украина"

– Бытует мнение, что Олег Ляшко раскачивал «лодку» по просьбе Рината Ахметова. Вы уже оплатили конверсию компании «ММДС-Украина»?

– Да. В противном случае нам бы не выдали лицензию в 2,6 ГГц.

– На ваш взгляд, чем или кем спровоцировано заявление депутата о «зраде»?

– Возможно, политикой. Мне сложно судить. Я стараюсь от нее абстрагироваться и заниматься бизнесом. В украинском телеком-бизнесе работы хватает. Украина очень сильно отстает от других стран с точки зрения технологического развития. 3G к нам пришел с опозданием в 10 лет. В то время как в Испании Vodafone вместе с Huawei совершили первый звонок в 5G, мы в Украине до сих пор дискутируем по поводу 4G, продолжаем жить в странной эпохе и считать эфемерные деньги, которые операторы в теории должны были заплатить.

Представьте ситуацию: фермер купил землю под посадку кукурузы, а через некоторое время решил сажать на ней помидоры. Государство не возражает. При маленьком условии: землю нужно купить повторно. У нас сейчас такая же ситуация – для проведения конкурса мы бесплатно сдали 23 МГц, ранее уже приобретенных у государства. На тендере купили 25 МГц за 1,8 млрд грн. Наверное, «продешевили».

– Если после проверки ГПУ будут отменены результаты тендера и подняты стартовые цены в 15 раз – вы будете участвовать в новом конкурсе?

– Мы заложили 30% своих активов, чтобы получить 90 млн евро для оплаты лицензий. Еще около 10 млрд грн хотим инвестировать в 4G-cеть. Если политики считают, что мы можем запросто заплатить в 15 раз больше, разочарую их: у нас не хватит активов для залога. На сегодня только «Киевстар» заявил, что у них есть деньги, чтобы заплатить за лицензии в 1,8 ГГц, остальные операторы занимают и пытаются доказать акционерам:  украинский рынок заслуживает инвестиций. Это не «плач славянки», а простая математика. Политики хорошо умеют вычитать, надеюсь, освоят и сложение… наших затрат. Это не сложно. Можно просто открыть публичную отчетность компаний. 

Операторы входят в сотню крупнейших налогоплательщиков Украины. Помимо стандартных взносов, мы платим ежегодно возрастающую ренту за РЧР (радиочастотный ресурс – Mind), а также 7,5% сбора в пенсионный фонд, который когда-то вводился как «налог на роскошь». Да, пользование мобильной связью в Украине почему-то до сих пор считается роскошью. Неимоверными усилиями нам удалось добиться, чтобы «роскошный» налог не взимался при оплате за другие услуги с помощью мобильных платежей.

Складывается впечатление, что сколько бы ни заплатили операторы на тендере, все равно будет мало. При любом решении кто-то будет недоволен. Возможно, причиной являются приближающиеся выборы. Хорошо, давайте еще подождем 10 лет, как ждали возможности внедрять 3G. Может, дождемся, когда у операторов взлетит ARPU, и они смогут позволить себе оплатить лицензии в 15 раз дороже. Если серьезно, я очень надеюсь на победу здравого смысла и разрешения ситуации в ближайшие недели.

Ольга Устинова: «Сегодня только у одного оператора есть деньги, чтобы заплатить за лицензии в 1,8 ГГц,  остальные – занимают»
Ольга Устинова, глава «Vodafone Украина»
Фото: пресс-служба "Vodafone Украина"

О старте 4G

– Когда и в каких городах хотите стартовать в 2,6 ГГц?

– Мы готовы к старту. Сейчас ждем получения всех разрешительных документов, в том числе на базовые станции от УГЦР (Украинский государственный центр радиочастот, – Mind). Как только получим документы, начнем запускать город за городом: Киев, Львов, Днепр, Одессу и т.д. В диапазоне 2,6 ГГц не будет коврового покрытия, этот спектр предназначен для увеличения емкости сети, т.е. возможности обслуживать одновременно большое количество пользователей.  Поэтому «включать» LTE станем только в хот-спотах – «горячих точках», где большая нагрузка на 3G-сеть. Изменения сразу будут ощутимы: в крупных городах не будет падать скорость в местах скопления большого числа абонентов. Это, как правило, центральная часть города, студенческие кампусы. Пока таких мест в Украине не много, поэтому планируем поставить не более 500 базовых станций в 2,6 ГГц по всей стране.

А массовое покрытие будет в 1,8 ГГц.

– Когда доберетесь до маленьких населенных пунктов в 1,8 ГГц?

– По лицензионным условиям, мы должны запустить областные центры в течение 12 месяцев, а города с населением 10 000+ – за 3,5 года. Но мы не будем ограничиваться этими требованиями и планируем развернуть сеть раньше. Все областные центры, надеюсь, «закроем» до конца этого года. А дальше главным фактором для обеспечения покрытия будет готовность пользователей – количество девайсов в сети. Услуга должна быть востребована и окупаема. Давайте посчитаем, сколько лет будет окупаться строительство базовой станции стоимостью 1,5 млн грн, даже без учета затрат на само оборудование мобильной связи и «последнюю милю» в отдаленном селе с 500 жителями при среднем ежемесячном счете в 50 грн.

К решению задачи уменьшения цифрового разрыва между городом и селом может подключиться государство.  Во-первых, очень важно стимулировать спрос на потребление мобильного интернета запуском электронных услуг, благодаря которым с помощью смартфона можно будет получить любые справки, оформить пенсию и т.п.

Во-вторых, мы очень рассчитываем, что после запуска в диапазоне 1,8 ГГц нам будут доступны более низкочастотные спектры. Во всем мире дороги и отдаленные села покрывают в диапазонах 800 МГц (для LТЕ) и 900 (для 3G). За счет большего радиуса действия оператор может обеспечить больший радиус покрытия меньшим числом базовых станций. Если по этому пути идет Европа, идет весь мир, логично, что и мы должны развивать эти диапазоны, чтобы сети были окупаемы.

О новом конкурсе

– На втором 4G-тендере Петр Порошенко сообщил о планируемых торгах в 900 МГц. А на что вы надеетесь?

– Мы не надеемся на технейтральность (возможность оператора применять в конкретной полосе радиочастот, выделенной какому-либо оператору, ту или иную радио технологию без получения дополнительных специальных разрешений со стороны регулятора на отдельную технологию. – Mind). Сейчас спектр фрагментирован и неравномерно распределен. Более 50% диапазона находится у одного из конкурентов. Если в таких условиях запустить технейтральность, можно забыть о конкуренции. У остальных двух операторов просто не будет возможности развернуть в том же качестве свои сети. Поэтому мы рассчитываем на повторение истории с 1,8 ГГц: вначале сдаем частоты, а потом – тендер.

– Сколько готовы вложить в 900 МГц?

– Нужно считать, анализировать возможный возврат  инвестиций. Если государство рассчитывает получить десятки миллиардов за лицензии – для нас это большой вопрос.

– Говорят, что во многих странах низкие диапазоны продавались наиболее дорого.

– Да. Потому что была переоценена LТЕ-история. Рассчитывали, что с приходом этой технологии будут новые точки роста для операторов. Но многие ожидания не оправдались. Отечественные же игроки растут еще «оперативнее», только сейчас выходят на какое-то потребление 3G. На самом деле,  сегодня очень много вопросов у телекома, каким образом возвращать деньги, которые вкладываются в инфраструктуру. 

Мы не намерены за 900 МГц заплатить больше, чем за 1,8 ГГц.  Для участия в новом тендере нам опять будут нужны займы, при том, что мы уже «залезли в долги» на 3 года. Реальной поддержкой для бизнеса со стороны государства была бы возможность брать кредиты под нормальные проценты в Украине. Мы бы с удовольствием кредитовались на украинском рынке, а не в Европе. Но я не знаю, какой бизнес способен в нынешних условиях платить 20%.  Когда наши политики говорят, что мало денег отдано за лицензии, пусть сначала предложат, где их взять в Украине.

Ольга Устинова: «Сегодня только у одного оператора есть деньги, чтобы заплатить за лицензии в 1,8 ГГц,  остальные – занимают»
Ольга Устинова, глава «Vodafone Украина»
Фото: пресс-служба "Vodafone Украина"

О приманках для дата-абонентов

– Какая доля ваших абонентов на старте сможет пользоваться 4G?

– Треть нашей базы готова. У них сложились все три «пазла». Первый – наличие USIM-карты. Еще с 2016 года мы начали продавать USIM, веря в то,  что государству важно не остаться на задворках технологического прогресса и запустить 4G. Поэтому уже сейчас наша абонентская база самая подготовленная, в сравнении с конкурентами, которые занялись этим вопросом в прошлом году.

Второй «пазл»: наличие умных устройств. Количество 4G-смартфонов в нашей сети в последнее время значительно растет. Чтобы еще увеличить их число в сети, хотим запустить интересное кредитное предложение. Мы понимаем платежеспособность наших клиентов и предполагаем, что без кредитов им может быть сложно. Проценты по потребительским кредитам, которые сейчас предлагаются на рынке, – достаточно высоки. Мы попытаемся их удешевить. У нас нет задачи заработать на продаже смартфонов. Наша цель – получить возможность окупить инвестиции.

Есть и третья вводная, которая определяет «готовность»: количество дата-пользователей. Пока достаточно большой процент абонентов, у которых есть и USIM, и 4G-смартфон, но они не пользуются интернетом. Над этим мы также работаем.

– Как намерены заманивать потребителей в 4G? За счет чего хотите увеличить их долю?

– Еще осенью прошлого года мы первыми запустили безлимитные тарифы. Сделали этот беспрецедентный шаг, чтобы снять страх пользования, чтобы абоненты прочувствовали, какие возможности дает скоростной интернет. Сейчас уже более 1 млн абонентов пользуется этим тарифом, потребление выросло в разы. Мы предполагали, что запуск LТЕ не за горами и понимали: времени на обучение немного, нужно менять потребительский опыт.

4G – это не только большая скорость и меньший ping (задержка соединения – Mind). Это и виртуальная реальность, и игры с "тяжелым" контентом, и стриминг видео, и инструмент получения практически любых услуг. Все возможности, которые абонент может получить при хорошем фиксированном ШПД, будут доступны и в мобильной сети. Смартфон становится средством первой необходимости.

Также мы очень нацелены на развитие финансовых услуг. Моя мечта – избавить свою дамскую сумочку от кошелька и множества карточек. И в этом направлении мы тоже делаем быстрые шаги. В прошлом году запустили свой мобильный кошелек Vodafone Pay в партнерстве с Mastercard. Приложение уникально тем, что им может воспользоваться клиент любого банка и любого мобильного оператора, не только «Vodafone Украина».

– Сколько ваших абонентов уже пользуется Vodafone Pay?

– Немало, учитывая то, что мы не сильно промотируем эти услуги. Пока получаем первый опыт и анализируем, как лучше масштабно выйти на финансовый рынок: купить компанию или создать свою. Наши конкуренты уже определились. Мы – на стадии принятия решения.

О возврате инвестиций в 3G и 4G

– Когда хотите окупить связь третьего и четвертого поколения? Какие факторы повлияют на сроки возврата денег?

– Инвестиции в 3G и 4G сложно «развести». Мы глобально обновили парк оборудования. Наше новое оборудование может работать в сетях 2G, 3G, 4G и даже 5G. В дальнейшем можно будет только добавить новое программное обеспечение – и мы готовы к 5G.

В целом же, норма окупаемости в телекоме по всем бизнес-кейсам – 5-7 лет. Мы ее не «проходим», 4G запустится раньше. Да, у нас понемногу растет ARPU, за прошлый год – на 7,2%. Но эта динамика не сравнима с уровнем инфляции. В Украине очень сильно дисконтировано  потребление мобильной связи. Абоненты полагают, что 50 грн за мобильную связь в месяц – это дорого. Хотя это стоимость пары чашек кофе. А теперь давайте сравним инвестиции, которые нужны для открытия кофейного бизнеса и для строительства телекоммуникационной инфраструктуры страны.

– Не тем бизнесом занимаетесь.

– Я тоже об этом порой задумываюсь (смеется). Конечно, мы надеемся, что ситуация в стране изменится, добавится устойчивости экономики.

Ольга Устинова: «Сегодня только у одного оператора есть деньги, чтобы заплатить за лицензии в 1,8 ГГц,  остальные – занимают»
Ольга Устинова, глава «Vodafone Украина»
Фото: пресс-служба "Vodafone Украина"

- Сколько ваших абонентов сейчас пользуются 3G?

– В конце года мы добились 80% покрытия населения Украины. Половина наших клиентов – порядка 10 млн  – использует связь третьего поколения. Мы уже выполнили лицензионные условия по 3G: по всей Украине покрыли города с населением более 5 000. А в некоторых областях, где у нас большое количество интернет-пользователей, – и населенные пункты с населением более 3 000.

– В дальнейшем будете концентрироваться на привлечение абонентов в 3G или 4G?

– Мы не будем разграничивать стандарты. Для обычного пользователя – это лишняя информация. Абонентам нужна качественная услуга, а какой технологией она будет доставлена, не должно их волновать. В новых тарифах, возможно, будем предлагать разные скорости. Но отдельных тарифов для 3G и для 4G не будет. Чтобы клиент получал непрерывный сервис, тариф должен поддерживать все стандарты. К примеру, если абонент выезжает за город, где у него заканчивается покрытие 4G, он автоматически попадет в 3G. 

– Недавно директор по развитию бизнеса Huawei Ukraine Александр Сербин вас цитировал, вспоминая идею запуска бесплатной мобильной связи для абонентов за счет кешбека. Ее внедрение могло бы существенно увеличить число дата-абонентов.

– И я до сих пор в это верю. Пока наш рынок не совсем готов использовать такую модель, хотя в других странах она уже реализуется. Абонентам начисляются бонусы, возвращается часть денег за их покупки, платежи через смартфон. Мобильные операторы зарабатывают за счет продуктовых сетей, магазинов одежды, аптек, АЗС и т.д., которым дают доступ к своему абоненту. Фактически все потребности человека можно «замкнуть» на одну операторскую платформу, а чтобы удержать клиента в этой «галактике» – предложить ему бесплатную мобильную связь. В Украине, где много конкурирующих между собой и торговых площадок и поставщиков услуг, такая модель вполне реализуема в будущем.

Идея отличная. Когда планируете ее осуществить?

– Это очень большая коммерческая тайна (смеется).

Следите за актуальными новостями бизнеса и экономики в наших Telegram-каналах Mind.Live и Mind.UA, а также Viber-чате