Страховка vs COVID: как бизнесу защититься от эпидемий и пандемий

Страховка vs COVID: как бизнесу защититься от эпидемий и пандемий

И почему страховые компании не хотят компенсировать «коронавирусные» убытки

Этот материал также доступен на украинском
Страховка vs COVID: как бизнесу защититься от эпидемий и пандемий
Фото: pixabay

Карантин стал неожиданностью для украинского бизнеса. Ни одна компания не была готова к тому, чтобы на два месяца практически полностью свернуть свою работу. Поэтому многие отрасли оказались в большом «минусе». Туристическая  индустрия Украины, по оценкам Кабинета Министров, из-за эпидемии потеряет порядка 40 млрд грн. Торгово-развлекательные центры оценивают свои убытки за период карантина в 7 млрд грн, а арендаторы ТРЦ лишились товарооборота на сумму свыше 50 млрд грн.

Но даже снятие карантинных ограничений, которое намечено на июнь, не гарантирует, что бизнес сразу вернется к нормальному существованию. Экономика будет ощущать на себе последствия эпидемии еще долгие месяцы.

И вполне резонно, что у собственников компаний возникает вопрос, как можно компенсировать нанесенные подобными событиями убытки, хотя бы частично? Один из вариантов – покупка страхового полиса. Причем, программы, которые защищают бизнес от потери прибыли, существуют во многих странах. Только вот в условиях эпидемии они практически бесполезны. По крайней мере, пока что. Mind разбирался, почему.

Есть ли защита? Компании в странах Западной Европы и США давно приобретают программы страхования business interruption (BI), что в переводе с английского означает «перерыв в производстве». Такой продукт покрывает возможные убытки от вынужденной приостановки деятельности, которая может произойти вследствие имущественного ущерба.

Например, сгорел цех с оборудованием, в результате чего предприятие не может выпускать продукцию до тех пор, пока не восстановит производственные мощности. На это может уйти месяц, а может – и больше. Либо же произошло разрушение склада в результате урагана. Утрачено все сырье, предназначенное для производства. А на закупку и поставку нового необходимо несколько недель. Вот все это время, пока компания простаивает, страховщик компенсирует недополученную прибыль.

В Украине договора BI тоже есть. Но в основном у крупных предприятий, которые страхуют большие имущественные комплексы, производство, оборудование, которые, если будут разрушены или остановлены, могут надолго заблокировать работу бизнеса.

Почему не платят? Впрочем, наличие полиса совершенно не гарантирует, что страховая компания покроет простой бизнеса в период карантина. Хотя по факту – это тот же BI. Дело в том, что в большинстве договоров любые эпидемии и пандемии являются исключением. Но даже по тем договорам, в которых подобной оговорки нет (а значит, формально, полис от такого риска защищает), страховщики отказывают.

Например, в Евросоюзе и США такие отказы в марте-апреле стали повсеместным явлением. С ними столкнулись организаторы массовых мероприятий (концертов, фестивалей), которые пострадали из-за введенного во многих странах карантина, а также рестораторы. Аргументация простая: если в полисе не указано, от какого именно вируса он защищает, страховая компания вправе не компенсировать убытки.

Со своей стороны масла в огонь подлил Lloyd’s of London – одна из старейших и самых влиятельных в мире организаций в сфере страхования и перестрахования. Lloyd’s утвердил оговорку об исключении любых рисков, которые связаны с пандемией коронавируса. Если перефразировать, то это означает, что страховые и перестраховочные компании не будут компенсировать убытки, которые напрямую спровоцированы COVID-2019.

Позицию Lloyd’s подтвердило и рейтинговое агентство Fitch. В начале мая Fitch опубликовал исследование, в котором сказано, что пандемия была и остается стандартным исключением при перестраховании рисков по договорам BI.

«В первую очередь страховые компании предлагают защиту на случай, когда остановка деятельности вызвана физическим уничтожением или повреждением имущества, которое задействовано в такой деятельности, невозможностью доступа к имуществу или перерывом деятельности у поставщиков застрахованного предприятия», – объясняет Алина Демченко, руководитель отдела андеррайтинга страховой компании «ИНГО».

В то же время, карантин и эпидемия к физическому ущербу никакого отношения не имеют. Именно поэтому BI продается исключительно в связке со страхованием имущества, и никак иначе. «Ведь если говорить о бизнесе, который завязан на офисной деятельности, то вероятность наступления перерыва минимальная. При невозможности эксплуатировать существующее офисное помещение и оборудование, компания может легко переехать в другой арендованный офис и продолжить работу в существующем темпе, или же, как это происходит сейчас, работать дистанционно», – говорит Алина Демченко.

Как отреагирует рынок? Страховщики мотивируют свою позицию следующим образом: у рынка в принципе нет опыта страхования пандемических рисков. А тем более в условиях «общенационального карантина», с которым украинский бизнес еще никогда не сталкивался.

Тем не менее, под давлением претензий, которые начнут предъявлять пострадавшие от эпидемии компании, страховщики будут вынуждены пересматривать свои программы. Упомянутый уже Lloyd’s подсчитал, что ожидаемый объем страховых и перестраховочных требований, связанных с пандемией коронавируса, может достичь $107 млрд. А в Fitch говорят, что страховую индустрию неизбежно накроет вал претензий и исков со стороны компаний, которые будут требовать компенсацию за нанесенные пандемией убытки. Причем объем этих претензий предсказать невозможно.

Кто готов компенсировать? Одними из первых о страховании бизнеса от «вирусных» рисков задумались китайцы. Еще в феврале в провинции Хайнань появилась программа страхования бизнеса от потерь, связанных с эпидемией коронавируса. Общий объем покрытия составил 12 млн юаней, что эквивалентно $1,7 млн. Страховщики будут компенсировать убытки, связанные с истощением запасов сырья, расходами на зарплату сотрудников, введением карантинных мер и другими потерями.

Но это лишь локальная инициатива. А для появления стандартизированных продуктов необходима консолидация страхового бизнеса из разных стран и разработка неких единых правил страхования.

«Как пример, после событий «9/11» был организован пул по страхованию от террористических актов. Возможно, и сейчас создадут какую-то структуру – пул по страхованию пандемических рисков. Другой вариант – параметрическое страхование, наподобие индексного страхования сельхозрисков. Будет определен какой-то параметр – триггер и порог его срабатывания. И когда событие достигает уровня такого триггера, для страхователя и страховщика наступает страховое событие», – приводит пример Антонина Яковенко, заместитель председателя правления СК «Арсенал Страхование».

Киберриски на подходе. По прогнозам экспертов, вырастет спрос на другие виды страховой защиты бизнеса. Например, на страхование от киберрисков. Это связно с тем, что после пандемии многие компании приняли решение перейти на удаленный формат работы. Соответственно, возникает потребность в защите персональных данных.

Александра Гладышевская, руководитель страхового брокера «Инсарт», рассказывает, что из-за спешного перехода в онлайн-режим компании часто пренебрегали основными принципами кибербезопасности. Например, давали своим сотрудникам доступ к серверам напрямую, использовали незащищенные каналы для обмена данными. Все это привело к уязвимости бизнеса. Европол (полицейская служба Евросоюза. – Mind) отмечает рост числа киберпреступлений и случаев цифрового мошенничества, в том числе – распространение различных программ-вымогателей и прочего вредоносного софта.

«На фоне этого рынки наблюдают резкий спрос на киберстрахование. По одному из прогнозов, в связи с COVID-19 сфера киберстрахования к концу 2020 года достигнет $230 млрд, а среднегодовой темп ее роста составит 12%», – комментирует Александра Гладышевская.

Следите за актуальными новостями бизнеса и экономики в наших Telegram-каналах Mind.Live и Mind.UA, а также Viber-чате