Заболело в мире
64,561,850
Умерло в мире
1,493,925
Вылечилось в мире
41,515,472
Заболело в Украине
772,760
Умерло в Украине
12,960
Вылечилось в Украине
384,426
Законопроект «на коленке»: почему власть снова заговорила о реинтеграции Донбасса

Законопроект «на коленке»: почему власть снова заговорила о реинтеграции Донбасса

И почему текст президентского законопроекта будет переписываться еще не раз

Этот материал также доступен на украинском
Законопроект «на коленке»: почему власть снова заговорила о реинтеграции Донбасса
Фото УНИАН

В СМИ наконец просочился текст скандального законопроекта о реинтеграции Донбасса, который может стать одним из самых обсуждаемых документов следующего политического сезона, пусть и не в текущей редакции. Хоть СНБО и отложил рассмотрение документа до осени, уже сейчас понятно, что в ближайшие несколько месяцев Банковая будет вести активные переговоры для сбора голосов в поддержку законопроекта. Но далеко не все будет зависеть от ситуации внутри самой Украины.

Разговоры о разработке документа, который должен поставить точки над «і» в вопросе Донбасса, очертить стратегию восстановления украинского суверенитета над этими территориями и заменить АТО на некий новый формат, начались еще в начале лета. Власти говорили о новом статусе ВСУ и реальных шагах по реинтеграции территорий, причем неоднократно подчеркивалось, что готовящийся законопроект не будет противоречить минским соглашениям.

В итоге мы увидели «шахматку» документа, который в равной степени не удовлетворит ни один сегмент украинского общества и вызовет серьезные дискуссии с нашими западными партнерами. Речь, конечно же, идет лишь о первых десяти статьях законопроекта, но власть могла сознательно допустить «слив» этой части документа, чтобы оценить как внутреннюю, так и внешнюю реакцию. Пока все говорит о том, что из-за недоработанности законопроекта его будет ждать еще не одна редакция.

Как законопроект определяет статус ОРДЛО? Как временно оккупированные территории. Причем в ст.1 документа содержится формулировка о том, что границы этих территорий определяются Министерством обороны по представлению Генерального штаба ВСУ. Информация о границах может актуализироваться. Последний тезис очень настораживает.

Как меняется статус украинской армии и АТО? Из имеющегося фрагмента документа сложно сформировать целостную картину предлагаемого статуса наших военных. Пока речь идет только об «особом режиме» и праве использовать ВСУ для восстановления украинского суверенитета. Подчеркивается и право на самооборону, закрепленное в Статуте ООН.

В чем заключается реинтеграция Донбасса? Среди способов восстановления украинского суверенитета законопроект предлагает как «комплекс исключительных мероприятий по организации обороны для сдерживания агрессии», так и «соблюдение международных обязательств Украины». При этом логика документа настолько витиевата, что сложно сделать вывод, какой из этих двух стратегий авторы отдают предпочтение. Видно, что документу не хватает комплексности, либо отдельные статьи писались в разное время и разными людьми.

Как законопроект предлагает восстанавливать связи с гражданами из ОРДЛО? Этому вопросу в документе уделяется особое внимание. Говорится и о необходимости восстановления гуманитарных связей с территориями, и об обеспечении социально-экономических потребностей людей, и о юридической защите их интересов. Что характерно, отсылка идет к действию закона «Об обеспечении прав и свобод граждан и правовом режиме на временно оккупированной территории Украины», который был принят еще в 2014 году и касался Крыма. Теперь либо нужно принимать изменения в этот закон, либо заниматься подготовкой принципиально новой редакции. Положительным фактором является то, что документ гарантирует право собственности на имущество физическим лицам из ОРДЛО независимо от того, получили они статус внутренне перемещенных лиц или нет. Это серьезный шаг для того, чтобы заявить о приоритетности прав людей и готовности украинского государства их защищать.

Почему законопроект игнорирует вопрос Крыма? По идее, если власть называет и ОРДЛО, и Крым оккупированными территориями, то их статус должен фигурировать в связке в каждом принимаемом нормативно-правовом акте. Но на деле мы видим, что эти вопросы достаточно жестко разделены. Во многом из-за позиции западных партнеров, которые неоднократно давали понять, что в рамках украинского вопроса они решают именно донбасскую проблему, а не крымскую.

Противоречит ли документ Минским соглашениям? И да, и нет. С одной стороны, законопроект в нескольких местах ссылается на Минские соглашения как на приоритетный документ обеспечения безопасности, с другой – не содержит имплементации ни единого пункта соглашений. В случае его принятия вопрос проведения выборов на Донбассе и комплекс мер, который должен закончиться получением Украиной контроля над границей с РФ, выглядят абсолютно невыполнимыми. Кроме того, Минские соглашения и законопроект выдержаны в принципиально разной стилистике и оперируют разной терминологией. Поэтому их сочетаемость абсолютно исключена, что, впрочем, не мешает в документе ссылаться на Минские соглашения.

Действительно ли документ расширяет полномочия президента Украины? Да, в части возможности введения военного положения, что прописано в ст. 9 законопроекта. Кроме того, в этой же статье говорится о возможности президентом использовать ВСУ и другие военизированные формирования для сдерживания и отпора Российской Федерации. Вряд ли можно сказать, что документ полностью развязывает президенту руки для введения военного положения, но то, что он дает для этого дополнительную аргументационную базу, – это точно.

Почему у документа мало шансов быть принятым? По целому ряду причин. Во-первых, его принятие не приведет к каким-либо принципиальным изменениям ситуации, это скорее законсервирует нынешний статус «ни войны, ни мира».

Во-вторых, если после саммита G20 у США и РФ действительно сформируется воля для решения вопроса Донбасса, то предлагаемый законопроект в этой связи не имеет никаких перспектив. Внутри же страны более радикальные, чем БПП и «Народный фронт», силы будут трактовать документ как недостаточно жесткий и необоснованно расширяющий полномочия президента. При определенных обстоятельствах для власти это может создать не только внешние, но и внутренние риски, особенно если осенью обострится парламентский кризис.

Поэтому судьба документа будет зависеть от того, как сложится конъюнктура. И вполне возможно, что в определенный момент власть сама решит отказаться от концепта, который пока явно не получает одобрения ни внутри Украины, ни за ее пределами.

Следите за актуальными новостями бизнеса и экономики в наших Telegram-каналах Mind.Live и Mind.UA, а также Viber-чате