Групповой портрет в интерьере: 7 вопросов к ПриватБанку

Групповой портрет в интерьере: 7 вопросов к ПриватБанку

О нынешнем состоянии учреждения, перспективах и подготовке к приватизации

Этот материал также доступен на украинском
Групповой портрет в интерьере: 7 вопросов к ПриватБанку
Премьер-министр Украины Владимир Гройсман во время ознакомления с презентациями технологий ПриватБанка, Киев, 21 марта 2017 г.
Фото: УНІАН

Банковский сектор Украины за 2018 год получил 21,7 млрд грн чистой прибыли. Такие данные огласил Национальный банк, отметив, что последний раз отечественные банки показывали прибыль в 2013 году, и она тогда составила 1,4 млрд грн.

На 1 января 2019 года чистая прибыль зафиксирована у 64 банков из 77 платежеспособных. Общая прибыль – 34,4 млрд грн, еще 13 банков показали убытки на 12,7 млрд грн. Разница и составила 21,7 млрд грн.

Практически половина прибыли банковской системы в 2018 году – 11,7 млрд грн – пришлась на государственный ПриватБанк. Сколько из этой суммы будет перечислено в бюджет, решит Министерство финансов.

Напомним, банк был национализирован в конце 2016 года. Государству пришлось «влить» в него 147,4 млрд грн, потому что его банкротство могло бы привести к всплеску социальной напряженности: почти половина граждан Украины так или иначе были клиентами этого учреждения.

Весной 2018 года Минфин утвердил стратегию развития банка, которая была разработана совместно правительством, сотрудниками компании McKinsey и ПриватБанка, с перспективой его приватизации в 2021–2022 годах. Если раньше банк активно сотрудничал с крупными промышленными предприятиями и группами, то новая стратегия предусматривает упор на работу с розничными клиентами, а также малым и средним бизнесом.

Mind расспросил топ-менеджеров ПриватБанка, как им работалось в условиях новой стратегии, как удалось достичь таких результатов и какие задачи предстоит решить перед приватизацией.

О разделении банка на «плохой» и «хороший»

Анна Самарина, финансовый директор ПриватБанка

– Стратегия банка была утверждена в начале 2018 года, но начала реализовываться еще в 2017-м. Был выбран новый состав правления и наблюдательного совета, определена организационная структура, соответствующая лучшим мировым практикам и предполагающая четкую ответственность каждого менеджера по своему направлению, и выделены профильные функции.

Мы условно, для себя, разделили банк на два направления: bad-банк и good-банк. В прошлом году мы продолжали признавать убытки bad-банка, которые по тем или иным причинам не были выявлены в 2016 году, и ряд процессов оценки еще продолжался.

Прибыль банка за 2018 год включает в себя результат операционной деятельности – это 30 млрд грн, минус операционно-административный расход на персонал и содержание инфраструктуры, и резервы кредитных рисков. В 2017 году банк обнародовал 24 млрд грн убытков, значительная часть которых пришлась на резервы под кредитные риски. Это bad-банк.

(По итогам 2018 года процентные доходы составили 30,8 млрд грн, а чистые процентные расходы – 16,8 млрд грн, то есть чистый процентный спред (разница между процентными доходами и процентными расходами) составил 14 млрд грн. – Mind).

Мечта каждого банкира – покрытие операционных расходов, или административно-хозяйственных расходов, комиссионным доходом. Он безрисковый (в отличие от всех остальных продуктов банковской сферы), это очень удобно и надежно. Мы эту мечту реализовали в 2018 году: покрытие комиссионными доходами административных расходов составило 135%. Тарифы и комиссии банк не поднимал в 2018 году, рост доходов был обеспечен новыми продуктами и ростом количества операций. (Стоит отметить, что согласно данным НБУ, чистый комиссионный доход составил 15,2 млрд грн, а административные и операционные затраты банка – 14,7 млрд грн, то есть покрытие всего 104%. – Mind).

Мы позиционируемся как розничный банк, который активно наращивает операции с розничными клиентами; и основные факторы роста комиссионного дохода – работа с населением: платежи, обслуживание частных лиц в отделениях, безналичные расчеты в торговой сети и онлайн-банкинг. Это good-банк.

На сегодняшний день наш good-банк способен устойчиво генерировать 1 млрд грн в месяц, без суперпозитивных и супернегативных факторов. В 2019 году мы не ждем большого роста комиссий, потому что рано или поздно наступает насыщение. Мы осторожно подходим к ожиданиям: в 2019 году банк может сгенерировать порядка 10 млрд грн прибыли в год, к этому челенджу мы готовы.

Читайте также: Рейтинг життєздатності банків – 2018

О системе мотивации менеджмента

Петр Крумханзл, глава правления ПриватБанка

– Я не знаю структуру мотивации менеджмента до национализации. Но сегодня мы внедряем стимулы и мотивацию, которые используются в международных банках. Они зависят от должности человека, это разная структура для управленцев, продавцов, кассиров, технарей.

Для топ-менеджеров есть общие показатели работы банка, потому что у нас общая цель: развитие и прибыль. Они должны генерировать и реализовывать новые идеи и предложения. Есть индивидуальные показатели, которые зависят от должности человека: для продавцов – развитие портфеля клиентов, продажа продуктов; для сотрудников поддержки – эффективность их работы, постепенное уменьшение затрат, связанных с их работой.

У нас больше 22 000 сотрудников, из которых 17 000 работают в отделениях и филиалах. За 2018 год количество клиентов увеличилось на 1,5 млн человек и составило порядка 22 млн. Это те, кто приходит в отделения, и те, кто использует Приват24; активных пользователей этой службы насчитывается почти 9 млн. Поэтому в бюджете на 2019 год у нас запланирован рост сотрудников на более чем 1000 человек.

О безнадежных кредитах

Галина Пахачук, заместитель председателя правления ПриватБанка

– Токсичный портфель банка, полученный в «наследство», был в размере 213 млрд грн: это 206 млрд грн кредитов и почти 7 млрд грн непрофильных банковских активов. Все, что нам удавалось отобрать в виде залогов, мы отобрали. В 2016 году, до национализации, банку успели передать активы на 16 млрд грн, потом мы отобрали активы еще на 1,5 млрд грн, итого – 17,5 млрд непрофильных активов.

В 2017 году банк перешел на международные стандарты финансовой отчетности, и мы обязаны были сделать переоценку справедливой стоимости. В результате наши 17,5 млрд грн превратились в 5 млрд грн. И в 2017–2018 годах мы потеряли 12,5 млрд грн.

Объем непрофильных активов – 7 млрд грн. Это 1147 объектов: жилищная ипотека, паркоместа, АЗС, нефтебазы, гостиницы, 2/3 горнолыжного курорта Буковель вместе с подъемниками и лыжными трассами. Будем их продавать – у нас создано спецподразделение, которое только этим и занимается. Оценку делает управление рисками. Продаем на трех площадках.

Кредиты на 206 млрд грн – под этот «мотлох» залогом обеспечено 4,4 млрд грн, то есть меньше 2%. И не факт, что они будут отобраны и проданы. С 2017 года у банка нет ни одного кейса, который не передан в различные следственные органы.

Мы судимся везде, где можно – другого варианта у нас нет. Под особым контролем находится 570 кредитных дел против ряда связанных компаний, но наши бывшие топ-менеджеры их планомерно банкротят. На сегодня уже 50 компаний в стадии банкротства. Боюсь, когда мы пройдем официальный судебный путь до конца, эти компании, в большинстве случаев, будут обанкрочены. Живые и действующие компании уже, к сожалению, не клиенты ПриватБанка.

В 2017–2018 годах были начислены и не получены от бывших наших клиентов и собственников 36 млрд грн процентов. То есть наша прибыль могла бы быть больше еще на 16–17 млрд грн после выплаты всех налогов и покрытия операционных расходов.

Токсичный портфель составляет 213 млрд грн. Это больше 50% внутреннего баланса банка, который нужно обслуживать и сопровождать. Банк сформировал под него 98% резервов – 242 млрд грн. То есть мы покрыли потерю капитала своими резервами.

О кредитовании бизнеса

Олег Сергеев, член правления банка по вопросам корпоративного бизнеса

– В нашей стратегии и политике есть ограничения: мы не хотим финансировать крупный бизнес, мы не идем в активное кредитование государственного сектора. У крупных компаний есть возможность шантажировать банк: если я должен $5 – это моя проблема, если я должен миллион – это проблема банка. Корпоративный бизнес мы определяем от 50 млн грн годовой выручки – это низкий порог, а верхнего нет.

Наша логика участия в корпоративном бизнесе: зарплатные проекты, транзакции, эквайринг, наличные деньги. Работая с корпоративным сегментом, мы поддерживаем наш основной сегмент – розничный бизнес, что и есть ключевой целью ПриватБанка. Я – председатель кредитного комитета банка, и когда мы рассматриваем заявки на кредит, то смотрим: есть зарплатный проект в ПриватБанке или нет. Если клиент не работает с нами по зарплатам, мы не кредитуем, это наше право.

Результаты кредитования по 2018 году: кредитный портфель юрлиц был на уровне 6,6 млрд грн, а увеличился на 67% – до 11 млрд грн. Привлеченные средства под кредитование выросли на 25%. Здесь нет больших аппетитов, потому что ставки поднялись, а мы не хотим привлекать дорогие пассивы. Меня радует, что количество клиентов увеличилось.

Наша нижняя точка, с тех пор как мы начали кредитовать, – середина 2017 года, полгода после национализации. Тогда был установлен лимит в 7,5 млрд грн. На сегодня мы вышли на сальдо 5,223 млрд грн, всего было выдано 2448 кредитов. 81% нашего портфеля – это кредиты меньше 10 млн грн. Самый большой – 370 млн грн. Кредиты более 400 млн грн мы вообще не рассматриваем. Доля проблемных, так называемых NPL, по новым кредитам составляет менее 1%.

Очень осторожно подходим к кредитованию в валюте: сейчас 3 млн евро – крупнейший валютный кредит. По корпоративному бизнесу наша рабочая ставка – 19%, без дополнительных комиссий.

Что касается срочности, то более длинные лизинги – до пяти лет с авансом 30%; большинство – это кредиты до года, много овердрафтов, средняя ставка составляет 17%.

В конце 2018 года у нас сократился кредитный портфель. Бизнес обычно погашает кредиты, выданные ранее, в конце года, а новые берет лишь в начале нового года. В декабре, когда торговля активизируется, предприниматели получают большую выручку – так очень быстро было погашено около 700 млн грн.

82% решений по выдаче кредитов было принято в автоматическом режиме. 42% – это наш продукт КУБ; затем – кредит на лимитный счет; другие кредиты – 18%. Кредиты меньше 5 млн грн нам неинтересны, потому что трудозатраты на проверку клиента – слишком велики. Доля лизинга пока незначительна, но планируем ее наращивать.

Читайте также: Маски сорваны: что ПриватБанк на самом деле делает с вашими данными

О предпочтениях в кредитовании

Олег Сергеев, член правления банка по вопросам корпоративного бизнеса

Банк сам составляет отраслевые рейтинги и определяет, какое место в них занимает предприятие. Также есть рейтинг рисков. Лучшие балансы и лучшую эффективность традиционно демонстрируют сельхозпредприятия – у них большой капитал, высокая рентабельность и значительная прибыльность. Интересен нам также IT-бизнес. В сегменте розничной торговли зарабатываем на кредитовании, эквайринге, но очень негативно относимся к товарооборотам в качестве залога, ведь их надо мониторить ежемесячно. Хотя изредка используем и такую ​​модель.

Интересным для банка является коммунальный сектор – во многих регионах прошла реальная реорганизация, появились деньги. А мы все хотим хорошей жизни: качественных дорог, хорошего коммунального транспорта, уборки мусора. По Днепру и Кропивницкому поехали троллейбусы, которые мы профинансировали по методу лизинга. И в случае возникновения проблем мы найдем покупателей на этот транспорт.

Возобновляемая энергетика – не наш сегмент, потому что неизвестно, как он будет вести себя на рынке. Предметом залога там есть объект, который создается. А технический прогресс идет быстро, панели и инверторы дешевеют быстрее, чем будет возвращен кредит. У нас есть пара проектов по солнечной энергетике, которые мы называем ломбардно-инвестиционным кредитованием. Например, взяли торговый центр под залог и дали деньги на строительство станции мощностью 2 МВт.

Большая проблема банка заключалась в том, что была потеряна компетенция кредитования. Нам пришлось заново делать современные продукты, методологии рисков, технологии и инструменты, учить людей. В корпоративном сегменте за 2018 год мы заменили 28% продавцов – значит, пришло более четверти новых людей.

О подготовке к продаже

Петр Крумханзл, глава правления ПриватБанка

–  Миссия банка – развивать экономику Украины. Основная часть наших клиентов – приватные, и мы хотим помочь им осуществить свои мечты.

Наши шаги таковы. Во-первых: развитие кредитования розничных клиентов и доступ к целому ряду банковских сегментов и продуктов по облегченным процедурам.

Во-вторых: малый и средний бизнес, для которого мы уже определили приоритеты, и работаем с ними.

В-третьих: корпоративный бизнес. Хоть он и «не приоритет», это не значит, что мы его не развиваем и не хотим достичь хороших результатов. Корпоративный бизнес важен для нас, чтобы мы могли работать как универсальный банк: предоставлять нашим клиентам все услуги, которые они ожидают от хорошего банка.

Уже есть данные от разных сегментов экономики, представители которых называют ПриватБанк основным банком для своей работы: 44% розничных клиентов, 38% корпоративных клиентов и 66% предпринимателей МСБ говорят, что ПриватБанк обеспечивает им наиболее важные продукты и сервисы. Думаю, эти цифры объективно показывают нашу долю на рынке и качество услуг, предоставляемых нашим клиентам.

За 2018 год количество транзакций в ПриватБанке выросло на 69%. С одной стороны, мы гордимся, что наши услуги нравятся клиентам, с другой – думаем, сможем ли мы работать в таком ритме, чтобы поддерживать развитие, связанное с ростом клиентского портфеля.

Услуга Приват24 – это поле инноваций, которое мы развиваем. Из 9 млн клиентов почти 8 млн используют Приват24 на смартфонах. Это говорит о том, что население в Украине любит технологии и инновации, а значит – это перспективное направление. В конце 2017 года мы запустили в Украине Google-pay, и 70% клиентов, которые используют Альфу, сразу же включили себе Google-pay.

В будущем нацелены двигаться в сторону обслуживания клиентов через их смартфоны, используя биометрию. Сейчас разрабатываем технологии для использования банковских услуг через распознавание лица, отпечатков пальцев, голоса.

Мы постепенно осуществляем возврат тех 147,4 млрд грн, что были вложены государством в процессе национализации. На сегодня стратегия Минфина предполагает приватизацию. Если она произойдет, то полностью деньги государству можно будет вернуть быстрее, а если затянется или не состоится вовсе, то возврат денег займет больше времени.

Министерство финансов разрабатывает стратегию: когда, как и кому продавать ПриватБанк. Я надеюсь, что это будет инвестор, который продолжит развитие банка, чтобы он стал самым привлекательным для клиентов, государства и, конечно, для самого собственника.

Если начнется давление со стороны нового Кабинета министров, мы готовы защищаться, это вопрос политический. Ситуация в стране может меняться, но банк уже работает как бизнес, а мы не политики и не будем входить ни в какую политику.

Читайте также: Пятилетка для госбанков: в чем особенности утвержденной Кабмином стратегии

О динамике платежей и конкуренции

Сергей Харитич, член правления ПриватБанка

– Мы за год по клиентам в Приват24 выросли на 22%, по платежам – более чем на 36%. Вот статистика: в 2017 году у нас было 7,3 млн пользователей (+19,7% по отношению к 2016 году), в 2018 – 8,9 млн (+21,9%). Из них 7,8 млн пользователей используют мобильную версию. Ежедневно проходит 1,2 млн транзакций.

Никакой конкуренции мы не чувствуем, на этом рынке еще огромный запас развития для всех банков. А конкуренция идей и технологий, наоборот, только подхлестывает развитие сервисов.

Следите за актуальными новостями бизнеса и экономики в наших Telegram-каналах Mind.Live и Mind.UA, а также Viber-чате